Утро генеральской казни - Кирилл Казанцев

В июне светает рано. Ларин сидел у окна, придерживая занавеску ладонью. Пологие лучи невысокого еще солнца золотили стенки купе. Мобильный молчал. По большому счету, Андрей мчался в неизвестность без всяких шансов на успех, а Дугин до сих пор не давал о себе знать. Через несколько часов поезду предстояло прибыть на конечную станцию – Выборг.

Поле сменилось березовым лесом, и восходящее солнце часто замелькало между стволов. За опушкой растянулся пакгауз – старый, из красного кирпича с крепкими решетками на окнах. Проплыл состав с цистернами. Фирменный поезд замер на какой-то богом забытой станции.

– Новый день, старые заботы, – усмехнулся Ларин.

Стоянка оказалась недолгой – всего пара минут. Поезд неторопливо тронулся. Вскоре за окном вновь замелькали белые стволы стройных берез. Кто-то дернул ручку двери купе, затем постучал. Андрей неохотно откинул защелку и выглянул. В коридоре стояла эффектная брюнетка в соломенной шляпке, украшенной искусственными цветами. Черная, как смоль, челка, выбивающаяся из-под шляпки, доходила до длинных, густо накрашенных ресниц. Солнцезащитные очки съехали на кончик носа молодой женщины. Особа была экстравагантная. Яркое летнее платье, в котором не каждая рискнет выйти даже на пляж.

– Доброе утро, – проворковала взбалмошная особа, помахивая чисто театральным, вышитым стразами ридикюлем. – Что ж вы от всего мира закрылись? Так можно самое интересное в жизни пропустить.

– А в чем дело? – удивился Ларин.

– А то, что я буду вашей соседкой до Выборга, – заявила молодая женщина и продемонстрировала Андрею билет.

В нем значилось место, находившееся в этом же купе СВ. Можно было, конечно, поспорить. Ведь оба места от самой Москвы числились за Лариным. Но ехать оставалось недолго, а спорить – так придет проводник, позовет начальника поезда… Короче, Андрей решил смириться, хотя и предпочел бы доехать в одиночестве.

Он отступил в сторону.

– Проходите.

– Может, чемодан поможете занести? – Брюнетка зашла вовнутрь, села на диван и, закинув ногу за ногу, принялась рассматривать свой носик в зеркальце пудреницы.

Солнечный зайчик скакал по потолку. Ларин вкатил в купе чемодан на колесиках, показавшийся ему знакомым, и внес тяжеловатую полотняную сумку.

– Сумку сюда, поближе ко мне давайте. А чемодан можете на диван положить. Ехать-то недалеко осталось.

– Недалеко, – согласился Андрей, сел и вновь принялся смотреть в окно.

Стучали колеса, раскачивался вагон. Брюнетка вопросительно смотрела на Ларина из-под очков.

– Ну, и долго мы еще будем молчать? Даже неприлично как-то. Я все-таки дама и, как некоторые утверждают, даже симпатичная. А вы мужчина самостоятельный…

Андрей поморщился, только этого ему сейчас и не хватало – флиртовать со случайной попутчицей. Да – привлекательная. Да – молодая. Ну, и что из этого?

– Погода хорошая, солнце светит, – проговорил он дежурную фразу, продолжая смотреть в окно и всем своим видом показывая, что даже на задушевную беседу не настроен.

– Андрей, ну, ты и «бревно», настоящее «дерево»! – Брюнетка сняла соломенную шляпку с дурацкими бумажными цветами, причем сняла вместе с волосами – черным париком, подняла очки на лоб. – Хоть теперь-то ты меня узнаешь, агент засекреченный?

Ларин почувствовал себя последним идиотом. Это ж надо – прошло уже пять минут, а он не узнал Машу, свою напарницу, с которой выполнил много заданий, порученных Дугиным.

– Однако, – только и произнес он, наконец-то припомнив и то, где уже видел этот чемодан на колесиках – с ним Курт Бирхоф садился в поезд, его же Дугин увез в багажной тележке на злополучной станции. – А в полотняной сумке портфель немца?

– Он самый, – ответила Маша. – Хоть гостей к нам и не предвидится, но лучше закрой дверь на защелку.

– Не помешает, – согласился Ларин.

Маша тем временем уже вытащила из полотняной сумки кейс немца, щелкнула замочками. На столик между диванами легли пластиковые папки с бумагами, ноутбук, документы, проспекты строительной фирмы.

– Безумная ночка сегодня выдалась. Ты даже не представляешь, сколько народу «по тревоге» пришлось Дугину поднять. А еще добавь транспорт. Сумасшествие форменное. Аналитики, компьютерщики… Дурдом, одним словом.

– Но с задачей справились?

– Вскрытие покажет, – уголком накрашенных губ улыбнулась Маша.

– Невеселое замечание.

– Учитывая полный цейтнот, сделали немало. Шанс у тебя есть. Владелец «Дас Хаус», с которым у генерала Рубинова есть предварительная договоренность и доверенным лицом которого являлся Бирхоф, укатил отдыхать на десять дней. Держи, – Маша вручила Ларину немецкий паспорт.