Комбат против волчьей стаи - Андрей Воронин

О том, что произошло ночью неподалеку, буквально в километре от товарной станции, в Казахстане уже знали. Знали те, кому было нужно знать, и самодовольно потирали руки. Наркотики были спасены, деньги, вложенные в эту партию, не сгорели, не вылетели в трубу, деньги, заплаченные Морозову, окупались с лихвой.

Расстраивало преступников лишь то, что среди них есть стукач, который сообщил в управление полковнику Савельеву о том, что партия наркотиков в ночь с субботы на воскресенье прибудет на товарную станцию Рязани вместе с тарой, спрятанная в ящики от приборов, месяц назад привезенных на космодром.

К концу дня полковник Савельев имел вид собаки, несправедливо побитой своим же хозяином. Генерал дал волю своему гневу, он не жалел слов, и Савельеву оставалось лишь молчать, принимая на свою голову ушаты помоев.

— Откуда информация? Откуда? — прошипел генерал. — Ты доверяешь своему человеку, Савельев, а тебе в голову не могло прийти, что нас просто скомпрометировали, подставили, и теперь мы выглядим козлами отпущения. Масштабная операция! Я, к твоему сведению, уже доложил министру, он в курсе. Мне уже звонили из приемной, и я чувствовал себя как школьник. Ты понимаешь, полковник? Как школьник!

Я генерал, уже тридцать лет хожу в погонах, а тут со мной обращаются, словно я нашкодил, провинился!

Савельев подумал, зачем было прежде срока докладывать министру. Хотел рвануть, хотел получить поощрение или благодарность?

— Ты, наверное, Савельев, думаешь, — генерал выбрался из-за стола, оттолкнув кресло, — что я хотел выглядеть перед начальством героем. Да нет, все не так, министр спросил, я ответил. Мне не нужны ни поощрения, ни похвалы. Я делаю свое дело, государство дает нам деньги, а мы их проедаем без отдачи. Ты это понимаешь?

— Так точно, — буркнул полковник Савельев.

— Кто дал тебе информацию? Ты уверен в этом человеке?

— Уверен, — тихо произнес Савельев.

— Кто? Ты можешь назвать?

— Конечно, могу, Но думаю, что этого не надо делать.

— Почему? — крикнул генерал.

— Знаете что, — Савельев подошел прямо к генералу, — мне кажется, что кто-то из наших сообщил им о готовящейся операции.

— Из наших?! — закричал генерал, — да ты что в своем уме?

Генерал прошелся по кабинету, тяжело плюхнулся в кресло.

— Как тебе такое могло прийти в голову? Тут же все проверенные люди. Все надежные, мы каждого проверяли-перепроверяли.

— Знаю. — сказал Савельев, — но тем не менее, это уже третья крупная операция и третий же прокол Первый раз в Шереметьево, три месяца назад. Точно знал — должны были прийти наркотики с транспортным самолетом. Мы приехали, все перерыли, наркотиков нет. Второй раз мы тормознули рефрижератор, и опять ничего. Кто-то их оповещает, кто-то из наших.

Тот, кто в курсе всех дел.

— Ты в курсе всех дел, я в курсе всех дел, еще два или три человека знают о большинстве операций, представляешь, полковник, что ты говоришь?

— Представляю, и мне тяжело это говорить. Мне даже об этом думать не хотелось. Но факт есть факт.

— Да какой это факт. — Махнул рукой генерал. — Бывают проколы, но не регулярно же.

— Мы прокалываемся по крупному уже третий раз. Как только что-то тщательно планируется, как только должна прийти большая партия — обязательно прокол.

— Короче, что ты предлагаешь? — тихо произнес генерал, снял очки, положил их перед собой на стол и как-то жалобно заморгал.

— Надо искать предателя среди нас.

— Страшные вещи ты говоришь, полковник.

— Сам знаю, что страшные и неприятные, но кто-то их предупреждает.

— А может, — начал генерал, — это тот же, кто сообщает тебе?

— Это невозможно. Тот человек проверенный, я его давно знаю, мы с ним давно работаем. К тому же я ему не сообщаю о наших делах.

— Ну и ну. Наворотил ты, полковник!

— Что, сильно ругался министр? — спокойно поинтересовался Савельев.

— Да какая разница, сильно, не сильно. Мне не привыкать. Ты уж меня извини, Сергей Сергеевич, — наконец-то назвал своего подчиненного по имени-отчеству, — нервный я какой-то стал, психованный, как баба беременная. Вот на тебя и накричал.

— По делу, — сказал Савельев.

— Хорошо, что ты хоть это понимаешь. А что думаешь делать?

— Я его вычислю, — сказал Савельев.

— Хорошо, держи меня в курсе. Иди занимайся.

Хочешь, отдохни день или два. Возьми больничный.

— Нет, не хочу.

— На тебе лица уже нет. Сколько ты не спал?

— Двое суток, — сказал Савельев.

— Давай выпьем кофе. Посидим немного, подумаем.

Но подумать генералу и Савельеву не дали, зазвонил телефон. Генерал развел руками, давая понять полковнику Савельеву, что телефонный звонок очень важный и он потом его позовет.

Савельев покинул кабинет. А генерал принялся докладывать министру о случившемся этой ночью. Разговор был нелицеприятный. Генералу от разговора с министром стало не по себе.

Едва он положил трубку, как тут же дрожащими пальцами вдавил кнопку селектора, вызвал своего помощника.

— Капитан, валидол.

— Что, сердце?

— Ну не живот же лечат валидолом, — пошутил генерал, но эта шутка получилась довольно жалкой.

— Одну минутку.

Помощник засуетился, налил стакан воды, подал своему шефу. Тот взял таблетку под язык, а к воде не притронулся.

— Может, вызвать врача?

— Не надо, погоди. Сейчас пройдет.

Помощник понял, только что генерал поговорил с министром и получил основательный нагоняй О том, что операция по захвату наркотиков провалилась, помощник знал. Он видел лицо полковника Савельева, когда тот выходил из кабинета генерала.

«Опять неприятности», — подумал он.

За последние месяцы в управлении разразилось несколько скандалов. Один из замов был отправлен на пенсию, хотя и носил погоны генерала. И министр знал, что этот человек мало в чем виноват. Но кого-то нужно было наказать и сделать вид, что зло искоренено. Положительных результатов как не было раньше, так и не появилось.

Захватывались, конечно, наркотики. Но небольшие партии, перевозимые, в основном, курьерами. По половине килограмма, по двести граммов. Один раз, правда, захватили восемь килограммов, перевозимых в пассажирском поезде гражданином Казахстана.

Говорить о том, что управление успешно борется с торговцами наркотики не приходилось. А наркотиков в городе появлялось все больше и больше. Приобрести их стало таким же легким делом, как пачку сигарет. Нужно было лишь знать торговца и место, где он стоит.