Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

— Решать будешь сам, — буркнул Абрам. — Он ваших боевиков бил.

— Ясно, — довольно улыбнулся Устранитель.

— Я — за, — кивнул Волчара. — Поеду. Хоть куда покачу. Мне без…

— Надолго? — спросил Медведь.

— Мы уже говорили об этом, — заметил Иванов. — А ты снова спрашиваешь. Почему?

— Потому что чем дольше меня не будет в столице, тем лучше, — улыбнулся Матвей.

— Я не знаю, — признался Владимир Иванович. — Все выясним на месте.

— Отлично, — довольно улыбнулся Кардинал, погладив тонкую кожаную папку. Стоявшие перед ним Клещ и Рекс недоуменно пере-глянулись. — Вы даже не заглянули в нее. Я бы на вашем месте, наверное, не упустил шанс стать сказочно богатым. Здесь, — он хлопнул ладонью по папке, — счета восьмерых человек, и от каждого имеется чек на предъявителя. Абрам и я решили, что, как только дело запахнет жареным, мы покинем Россию, прокатимся по странам ближнего зарубежья, соберем деньги и уже оттуда — куда-нибудь в Пакистан. Это всего лишь разговоры, что страны Азии нищие. С деньгами даже в России живут прекрасно. Но потом я подумал: а почему я должен делиться с Абрамом? — Он усмехнулся. — И решил это до гениальности просто. Правда, сейчас сюда нужно ожидать гостей. Хотя, кроме вас, против меня свидетелей нет. Но я надеюсь, вы останетесь по-прежнему верными мне?

— Конечно, — за обоих ответил Клещ.

— Тогда возьми в баре бутылочку коньяка и съездим на речку, — улыбнулся Кардинал. — Обмоем это дело. Впрочем, — он взглянул на часы, — сначала обмоем, а потом поедем.

Раздался вызов сотового телефона. Подмигнув боевикам, Кардинал приложил его к уху.

— Да.

— Эдуард, — взволнованно сказал Абрам, — произошло ужасное. Похищены бумаги из твоего сейфа.

— Когда? — стараясь, чтобы голос прозвучал испуганно, крикнул Эд.

— Вчера. Убиты Нонна, Глобус и какая-то женщина. При ней не обнаружено никаких документов. Я пытаюсь найти того, кто это сделал. Ты мне вот что скажи: ты посылал в Москву кого-нибудь из своих парней?

— Разумеется, нет. А почему ты спросил?

— В Москве кое-кто из парней видел Рекса. Он где сейчас?

— Сейчас узнаю, — кивнул Эдуард. Подмигнув ничего не слышавшим парням, быстро вышел. — Лад! — громко спросил он. — Где Рекс? — И затряс головой.

Сидевший в машине парень удивленно посмотрел на него.

— Ты его не видел уже сутки, — прошипел Кардинал.

— Куда-то уехал, — сообразил парень. — Уже сутки нет.

Подмигнув парню и вытащив из кармана сотню долларов, Кардинал положил ее на пенек, кивнул парню и вернулся в комнату.

— Его уже сутки нет, — ответил он. — Если…

— Я слышал, — перебил его Абрам. — Значит, он приложил к этому руку. Если сможешь, перехвати его и сразу же свяжись со мной. Я тоже буду его искать.

— Отлично. — Кардинал отключил телефон. Посмотрев на молча стоявших боевиков, рассмеялся. — Абрам, — сказал он. — Пропажа обнаружилась. Никаких зацепок — думают на Шакала. Я поддержал их подозрение. Поехали. — Шагнул к двери, но остановился. «Как же я мог забыть? — подумал он. — Что делать? Убивать? Нельзя. Но что-то предпринять надо. Что? — посмотрев на сидевших в джипе парней, усмехнулся. — С вами будет все просто. А вот с ним… — Сплюнув, махнул рукой. — Надеюсь, в ближайшие полчаса у него разговора с Москвой не будет. А если?.. Тогда все».

— Парни, — позвал он. — Я совсем забыл, — с деланным огорчением проговорил он, — у меня очень важный разговор. Идите, отметим удачное дело здесь.

Рекс и Клещ уже не в первый раз удивленно переглянулись. Шеф никогда не был так радушен и приветлив. Они пошли к дверям двухэтажного охотничьего домика. Кардинал наполнил рюмки. Повернувшись, кивнул.

— Спасибо, и давайте за то, чтоб и дальше все было удачно. Парни, подойдя, взяли рюмки.

— Новостей никаких не узнали? — чокаясь с ними, поинтересовался Кардинал.

— У него сын родился, — кивнул на Рекса Клещ.

— Сын? — Эдуард поставил рюмку. — Пьянка отменяется, — твердо проговорил он. Боевики тоже поставили рюмки. — Вы сейчас же отправляетесь в один город, — быстро проговорил Кардинал. — Немедленно, и вот что вы там должны сделать…

— Ему паралитик Яковлев топором всю тыкву размолотил, — посмеиваясь, говорил Родион. — Его туда сунули, чтоб баба на работу к нам вышла. А тут Наседина в эту же клинику отвезли. Потом чухнулись — он же всех вломить может.

Ну, двое мусоров, которые на нас вместе с Насединым пахали, поехали туда. И так, словно нечаянно, меж собой базарок пустили: Наседин Зойку Яковлеву вместе с дочкой хотел завалить. И вроде кого-то крепко подранил. Это под балконом, на котором калека в кресле сидел. Тот, говорят, чуть с балкона не упал. Они и свинтили сразу. А тут медсестра в палату Яковлеву таблетки принесла. Он ее и спрашивает про Наседина. А та в масть попадает. Да, говорит, здесь он. Какую-то женщину с ребенком хотел убить. И все. — Родион захохотал. — Калека на свой самокат — и вперед. С пожарного щита топор хвать, и старшую медсестру на гоп-стоп: где Наседин лежит? Та топор увидела, полные штаны наложила и сказала.

Он закатился туда и по раненой ноге ему хрясь. А затем давай череп кромсать. В общем, все ништяк вышло.

— Нормально, — усмехнулся Фалин. — А что теперь с женой?

— Она мастер отличный, — вступил в разговор Валерий. — Ее давно в цех хотели заиметь. Она — ни в какую. Я даже предлагал в каторгу ее спустить. Но муж, сука, заяву бы написал. А тут прихватили: у нее дочка в деревне у свекрови. Туда и поехали наши. Сейчас уже три дня работает. — Он засмеялся.

— Пашет, как пятилетку за два года.

— А чего она не шла-то? — удивился Шустрый. — Ведь деньги хорошие платят. И «крыша» была бы.

— У нее пахан воду мутил, — объяснил Ниндзя, — против директоров наших. Телеги катал в суд, ментовскую и прокуратуру. Но у тех везде блат, так что ни хрена у него не получалось. Он тогда прессу на уши хотел поставить. Его вовремя тормознули. Она, видимо, поняла, что наших рук дело, ну и завыпендривалась.

— А сейчас будет работать? — спросил Шустрый. — Свекровь, наверное, прикатила вместе с внучкой.

— Нет. Внучка там под бдительным оком наших. Кто там сейчас? — поинтересовался он у брата.

— Четверых каких-то Стилист отвез.

— А шум баба не поднимет? — спросил Фалин. — Дочь на похороны не приехала.

— Бабка говорит, что с расстройства внучка слегла, — засмеялся Валерий.

— Ведь понимает, что ее сразу шлепнут, если шум какой поднимется, — добавил он.

— Собственно, насчет Наседина интересно, — опомнился Фалин. — Хоть спокойнее стало. А эта баба, — он махнул рукой, — это ваши дела. Сейчас Атамана надо как-то выкурить. Мусора сняли бы посты, вот бы класс был.