Мгновение истины. В августе четырнадцатого - Виктор Носатов

– Это и неудивительно, – удрученно промолвил Баташов, – ведь шеф германской разведки, будучи здесь, читал все телеграммы Самсонова и Ренненкампфа буквально через несколько часов после радиоперехвата. К сожалению, наши «полководцы» до сих пор не понимают всей важности и перспективности радиоперехвата, а также насущной необходимости своевременной и надежной защиты наших шифротелеграмм и радиосообщений от противника. Как всегда, надеются на авось.

– Что говорить, если этого не понимают даже в Генштабе, – поддержал Баташова полковник, – и, чтобы вновь не попасть впросак, нам надо вплотную заняться не только радиоперехватом, но и радиопеленгацией, а здесь без новейшей радиотехники и опытных специалистов просто не обойтись.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно потер руки генерал, – вы и будете впредь заниматься всеми вопросами, связанными с радиоперехватом и пеленгацией. При этом я не снимаю с вас вашей основной задачи – формирования КРО согласно штатного расписания. Генерал-квартирмейстер Ставки Данилов дал мне полный кадровый карт-бланш.

– Я уже решаю эти вопросы. А что касается радиоразведки, то я никогда этим не занимался, – смущенно промолвил Шмелев, – да и с радиотехникой я знаком лишь на бытовом уровне…

– Лиха беда начало, – воскликнул Баташов, – нам всем надо с чего-то начинать, поэтому будем учиться на практике. А на первое время подыщите себе хорошего специалиста.

– Ну, если так, то я, помолившись Богу, возьмусь за это большое и важное дело, – с некоторым пафосом в голосе согласился Шмелев.

Поставив задачи штаб-офицерам, Баташов перешел к следующему вопросу.

– Петр Ильич, – обратился он к своему помощнику, – вы здесь уже не первый день и, наверное, знаете, как обстоят дела в фильтрационном лагере и лагере для военнопленных?

– По распоряжению Михаила Дмитриевича я как раз и занимался этими лагерями, – ответил Шмелев. – Евгений Евграфович, скажите, кто вас там конкретно интересует?

– Меня интересует любая информация, будь то от сбежавших от немцев солдат и офицеров или от самих пленных пруссаков, о прусском армейском корпусе, который перед войной дислоцировался в Кенигсберге.

– Среди военнопленных есть прусский штаб-офицер, захваченный нашими охотниками, – уверенно сказал полковник, – уж он-то наверняка должен хоть что-то знать об этом армейском корпусе. Но хочу заранее предупредить, пруссачок этот непростой. Я вытягивал из него нужные сведения в час по чайной ложке…

– Ничего, мне он скажет все, как на духу, – вмешался в разговор ротмистр Телегин, – на свете нет еще таких людей, которых я не заставил бы заговорить!

– Благодарю покорно, – отказался от услуг жандармского офицера Баташов, – я достаточно наслышан о ваших методах работы. Тем паче что у меня свои виды на этого прусского офицера. – Заметив, как сник при его словах ротмистр, он благодушно добавил: – Оставьте это дело мне, Вениамин Петрович, у вас ведь своих забот хватает.

Услышав из уст генерала свое уважительно произнесенное имя, ротмистр примирительно крякнул и радостно, во весь рот улыбнулся, выражая этим свое полное согласие мудрым словам начальника.

3

– Генерал-майор Баташов, – представился контрразведчик, как только остался наедине с германским майором.

Немец, верный прусским традициям чинопочитания, вытянулся во фрунт и громким командирским голосом четко доложил:

– Майор Клюге, офицер оперативного отдела Восьмой армии.

– Как вы попали к нам?

Майор замялся, словно соображая, стоит ли излагать легенду, которую он озвучил на первом допросе и которой старался придерживаться, или выложить все без утайки, прекрасно понимая, что от этого генерала, возможно, зависит его жизнь.

– Захвачен русскими казаками на пути к станции радиоперехвата.

– С какой целью вы направлялись на объект?

– Начальник разведывательного бюро армии майор Айсман хотел ознакомить меня с последними перехваченными и расшифрованными русскими телеграммами, прежде чем передавать их в руки генерала Людендорфа…

При упоминании имени шефа армейской разведки у Баташова екнуло сердце.

«Вот повезло так повезло, – не показывая виду, внутренне обрадовался он, – значит, мой Везунчик уже майор и к тому же возглавляет армейскую разведку. Такое счастье выпадает только раз в жизни. Верно в Писании говорится: «Ищущий да обрящет». Да и в самом деле, должно же настоящему разведчику хоть раз в жизни крупно повезти. Так же, как когда-то случилось у Константина Павловича Пустошина, завербовавшего Редля».

Все еще боясь поверить в неожиданно выпавшую на его долю удачу, Баташов, стараясь сдержать нахлынувшую на него радость, равнодушно сказал:

– У нас руководитель армейской разведки напрямую докладывает полученную информацию начальнику штаба. Неужели у вас другие порядки?

– Майор Айсман только недавно утвержден в этой должности по личной рекомендации подполковника Николаи, который знал его еще по совместной службе в Кенигсберге, – словоохотливо доложил пленный, – после того как он положил на стол начальника штаба несколько второстепенных перехваченных и расшифрованных телеграмм русских, генерал Людендорф распорядился впредь пропускать всю развединформацию через оперативный отдел, чтобы его не отрывали от важных дел пустяковыми вопросами.

– Вы можете показать мне на карте, где находятся станции радиоперехвата? – Баташов достал из портфеля карту, одну из тех, что были захвачены в штабе немецкой дивизии во время очередного наступления русских войск.

– В тылу нашей армии находится семь станций, – склонившись над картой, угодливо продолжал майор Клюге, – вот здесь, здесь и здесь, – обвел он кружочками места расположения трех основных базовых станций радиоперехвата, – остальные находятся в движении в зависимости от передислокации ваших войск.

– И как часто вам приходилось разъезжать между этими станциями?

– Обычно я забирал расшифрованные телеграммы на базовой станции, которую указал на карте.

– А куда вы направлялись в тот день, когда вас задержали наши казаки?

– На дальнюю, вот сюда, – указал он на точку, находящуюся в глубоком тылу, на стыке между двумя германскими армейскими корпусами, – там у майора Айсмана штаб-квартира. Здесь же у него находятся и самые опытные криптографы и радиоспециалисты. Насколько я знаю, вся информация с остальных станций стекается именно сюда…

– Я признателен вам, господин майор, за полученную от вас информацию и думаю, что в ваших интересах держать все, о чем мы здесь говорили, в секрете. Если после проверки все, о чем вы мне поведали, будет соответствовать действительности, я обещаю отправить вас подальше от фронта, вглубь России…

– Только не в Сибирь, господин генерал, только не в Сибирь! – испуганно воскликнул майор. – Ведь все, о чем я вам говорил, чистая правда.

– Если вы оправдаете мои надежды, господин майор, то я отправлю вас в сытное и спокойное Поволжье, где квартируют уже несколько тысяч ваших соотечественников.