Московский бенефис - Леонид Влодавец

— Погоди, — сказал я, переваривая информацию, поскольку мой личный мозг, хоть и не страдал склерозом, но все-таки работал еще не в полную силу, — выходит, никаких перстеньков от Белогорского я не привозил?

— Нет, привозил. Только все было немного по-иному. Вспомни, ты хотел позвонить мне по радиотелефону Салливэна. Это ты должен помнить!

— Да, — продираясь сквозь дебри собственной памяти и наморщив лоб, будто намеревался таким образом выдавить из головы нужное воспоминание, ответил я,

— но я им вроде бы не воспользовался… Я только хотел и собирался просить, но так и не попросил.

— А на самом деле ты позвонил мне, и даже сказал, что едешь по Ленинскому проспекту.

— Не помню… Абсолютно не помню!

— Правильно. Потому что этот кусок твоей памяти я стер, и не только стер, но и ЗАМЕНИЛ.

— Зачем?

— Мне нужно было проверить, воспримешь ли ты эту «вставку» как реальность или нет. Так вот, теперь я точно знаю, рассчитал верно и величину импульсов, и вектор вихревого электромагнитного поля. В самом примитивном виде могу сказать, что, воздействуя этим полем на структуру белков мозга, можно, в принципе, записать любую запрограммированную заранее картину, и ты воспримешь ее как абсолютно реальную.

— Ладно. Значит, я позвонил и даже не догадывался об этом?

— Нет, в тот момент, когда ты звонил, ты прекрасно все понимал и действовал осмысленно. Если хочешь, могу дать тебе послушать запись, сделанную на диктофон телефонного аппарата…

— Да зачем? Я верю.

— Ну и хорошо… Так вот, ты позвонил и прекрасно все помнил в течение нескольких часов, но потом с моей помощью наглухо это забыл. И то, что за тобой шла наша контрольная машина, ты, конечно, тоже не должен помнить. Дальше твоя память не подвергалась изменениям до самого главного момента, когда Белогорский взялся за свое шарлатанство. У тебя ведь был зонт-револьвер?

— Да, это я помню. И я пустил его в ход?

— Ты это помнишь или сейчас догадался?

— Если честно, то не помню. Но раз ты спрашиваешь про него, то очень может быть, что я из него стрелял…

— Молодец, логика у тебя работает. На, прочти маленькую заметочку…

Чудо-юдо сунул мне под нос вырезку из газеты. Не знаю, был ли это «Бред наяву», с удостоверением которого я ходил на пресс-конференцию Сорокина и Кё, или еще какая-то «Клюква». Под веселеньким заголовком «Два трупа и никаких следов» некий Бр.Потемкин повествовал о том, как такого-то числа в 16.20 на охраняемой даче в охраняемом поселке были обнаружены трупы известного врача-экстрасенса Вадима Белогорского и корреспондента «Today review of Europe» мистера Дональда Салливэна. По свидетельству охранников никто, кроме мистера Салливэна, на дачу Белогорского не проходил, а через внешние ворота ни один посторонний не выезжал…

— Вот так теперь можно делать алиби… — прищурился Чудо-юдо.

— Погоди-погоди! — припомнил я. — Ты мне что-то говорил в этом духе, только все наоборот… Когда мне привиделось, будто я, как О'Брайен, пролез через пространство с помощью перстеньков, ты сказал, что, может быть, Белогорский со своими парнями внушил мне все это, а затем, заполоскав мозги нашей охране и вообще всем-всем-всем, привез меня на спортплощадку… Так?

— Все было действительно совсем наоборот. Вот эта штука, — тут Чудо-юдо показал мне прибор, похожий на видеокамеру, — портативный генератор вихревых электромагнитных полей, вот эта, — он показал на куда более солидную хреновину, установленную перед ложементами и уже давно мне знакомую, — стационарный. С их помощью можно стирать память и заменять ее, если нужно. Больше того, при определенном режиме можно индуцировать искусственную реальность. Лосенок отвез меня к воротам поселка, где жил Белогорский. Но он и по сей день не знает, что был там. Внешняя охрана увидела не меня с Лосенком в «Чероки», а… самого Белогорского с Салливэном в «Вольво». То же самое увидели и телохранители самого господина экстрасенса. В это же время ты, пристрелив и Белогорского, и Салливэна, спокойненько спускался вниз, собираясь, видимо, прорываться с боем. Но на кой черт мне была нужна стрельба, если перстеньки ты уже добыл? И я тихо вывез тебя оттуда, а потом придумал фантастический сюжет, которым зарядил твою память…

— И где началась настоящая реальность?

— Со спортплощадки. А вот продлилась она до того момента, когда ты проглотил перстеньки. Точнее, глотал ты их уже в искусственной реальности. Это, конечно, был небольшой абсурд, но тем не менее… В капсулах на самом деле был препарат ј 329М-3, одна из вариаций на тему «Зомби-6».

— Значит, я все это время не сходил с ложемента?

— Да, почти все, за исключением тех нескольких минут, что тебя перевозили в Центр, раздевали, закрепляли и готовили к работе.

— А Кармела?

— И она соответственно. Хотя вся эта история с экспериментом на полигоне

— не выдумка. Мы действительно намечали его провести, и, как ни упирается твоя супруга, все равно проведем. Правда, без вашего участия. Можете ехать и отдыхать в свое удовольствие…

— Банзай! — заорали мы с Ленкой в один голос. Нас больше ничего не колыхало…

Впрочем, с чего это я взяла, будто мне помогает Бог? Ведь то же самое мог сделать и враг рода человеческого… Ведь я насквозь греховна. Насквозь, до последней капельки крови. Я лгала, убивала, развратничала — и не каялась почти никогда. Малыш Мануэль, хотя мы с Роситой и забавляемся с ним, по сути

— безгрешен. Он лишь повинуется нам, безумным девкам, вырвавшимся на волю. Он обрел мужские познания, но в нем еще нет вожделения. Для него это лишь запретная игра, которой его научили взрослые дуры. Он кается сам, сознавая, что согрешил, а я, напротив, всякий раз нахожу оправдание и впадаю в гордыню.

И уж не дьявол ли подбросил нам эти странные перстеньки?