Траурный эндшпиль - RedDetonator

— … не обсуждается даже, — услышал я слова Шув. — Этот эпик стоит не два, а четыре рара, (1) потому что управляемый полёт — это имба.

— «Имба» — это? — уточнил красноармейский командир.

— Это, короче, когда предмет в видеоигре чрезмерно сильный на фоне остальных и от этого вносящий дисбаланс, — попробовала объяснить Шув. — Если сравнивать с каменной кожей, укрепом физухи, управляемый полёт с максимальной скоростью до пятнадцати метров в секунду — это имба.

— Ладно, не особо понимаю, но спорить не буду, — вздохнул старлей Талалихин. — О, новое видео на канале Маски…

— Что тут у нас? — вошёл я в зал.

Трофеев было много, в основном по причине того, что большую их часть просто не успели или не смогли погрузить в лодки. Сотни гранатомётов РПГ-18 «Муха», сотни единиц стрелкового вооружения, от советских АК-74 до американских М4А1, а также тысячи гранат и десятки тысяч патронов. Не говоря уже о броне и артефактах разного потенциала.

Будь у чертей достаточно личного состава, они бы дали нам прикурить, но проблема в том, что бойцов у них очень мало, ведь мы выбили слишком многих. Я сам внёс солидную лепту в их кадровый кризис, поэтому неудивительно, что они не смогли организовать достойную оборону Каменного острова.

— Делим добычу, — повернулся ко мне Трофим Талалихин. — Агата Петровна велела выделить вам честную долю, поэтому торгуемся сейчас…

— По пушкам ещё не решили, — сказала Шув. — Пулемёт, хрен бы с ним, забирайте себе, у вас к нему патронов много, но вот штурмовухи НАТОвские — это точно нам.

— Не согласен, — развернулся к ней Трофим. — То есть, я согласен по пулемёту, но штурмовые винтовки нужны и нам. Предлагаю разделить их поровну.

— Мы, вообще-то, если ты не знал или забыл, скоро отправляемся в Европу, — сообщила ему Шув. — Нам нужно иметь оружие, к которому сможем найти патроны.

— Это, как любит говорить ваша молодёжь, отмазка, — усмехнулся Талалихин. — Вашей целью станут военные базы, не пострадавшие от ядерных ударов, поэтому у вас не будет проблем ни с оружием, ни с боеприпасами.

— Гарантируешь, что мы всё быстро найдём? — саркастическим тоном спросила Шув.

— Ладно, это тоже риск, — согласился Талалихин. — Тогда семьдесят на тридцать — винтовки и патроны.

— Сделка, — улыбнулась Шув.

— Вот видишь, до чего нас довела эмансипация женщин, начатая вашими лидерами в двадцатые годы? — спросил я Талалихина с усмешкой.

— Вижу, — кивнул он. — И это хорошо, что достигнуто так много.

— Много ещё делить? — спросил я.

— Самое сложное уже разделили, — произнёс старлей. — Осталось только оружие.

— Тогда я перекурю на балконе, а вы делите, — сказал я. — Как закончите — зовите.

Наверное, нужно было поучаствовать самому, чтобы выбить себе побольше и качеством получше, но Талалихин прав — в Европе будет много оружия. Ну и у нас самих тоже приличные запасы, ведь всё это время я только и делал, что коллекционировал огнестрел и патроны к нему. Да и бабуля, которой очень важен успех экспедиции, тоже отсыплет нам чего-нибудь… Не обидит, короче говоря.

На балконе был отличный диванчик, на котором я с комфортом устроился. У Кувалды я выменял три сигары, взамен дав бутылку двадцатипятилетнего виски. С алкоголем я не очень, а вот покурить сигары очень люблю. Тоже, конечно, надо завязывать, но не получается…

Дымлю сигарой и размышляю.

Черти больше не проблема. Основную их массу мы выбили, хоть они и нанесли городу очень существенный ущерб. Скольких людей они убили? Судя по всему, счёт идёт на многие сотни. Они проводили кровавые ритуалы, чтобы выдёргивать себе всё больше и больше чертей, а это ведь убитые люди. Убитые потенциальные члены Коммуны.

— Алло? — ответил я на вызов от бабушки.

— Как там дела? — спросила она.

— Всё отлично, — сообщил я ей. — Делим трофеи, после чего возвращаемся в Коммуну.

— К нам тут привезли шестерых покалеченных демонов, — сказала мне бабуля. — Похоже, что твоя коммерческая идея сработала. Я выплачиваю сферы?

— Выплачивай, — вздохнул я. — Если они сами будут доставлять к нам чертей, то это стоит своих денег.

— Когда мы сможем получить дивиденды от всех этих вложений? — спросила бабушка.

— В ближайшие дни, я думаю, — выпускаю я изо рта колечко. — Они заинтересованы в том, чтобы души продолжали поступать, поэтому подстегнут нашу мотивацию чем-нибудь весомым.

— Будем ждать, — вздохнула Агата Петровна.

— Какие планы на дальнейшую экспансию? — спросил я.

— Никакой экспансии на новые территории в ближайшие три-четыре месяца, — ответила она. — Мы даже то, что уже откусили, пережёвываем с большим трудом. Нужно сделать паузу, отдышаться, накопить людской ресурс, а уже потом думать о том, что делать дальше.

— А мне тогда что делать, пока не будет готов корабль? — не понял я.

— А чем ты обычно занимался? — усмехнулась бабушка. — Можешь к группам искателей присоединиться, для них это будет значимым усилением, которое позволит им заходить дальше в центр города. А можешь просто лежать на диване и бездействовать. Это ничего не изменит.

— Понял тебя, — произнёс я. — Ладно, тогда мы заканчиваем на Каменном острове и возвращаемся домой.

— Ждём.

/20 июня 2022 года, г. Санкт-Петербург, Васильевский остров, Коммуна/

Я вошёл в зал заседаний и сел на краешке трибуны, рядом с каким-то дядькой лет шестидесяти, носящим старомодный костюм, по которому видно, что он галимый совдеп, снабжённый шестью медалями. «За Отвагу», «За боевые заслуги», а также «Ветеран Вооружённых Сил СССР», а ниже идут «За безупречную службу», все три степени.

В душе возникло ощущение, что я, маленький Дима, снова пришёл к бате на работу, потому что мама тоже на работе и со мной некому посидеть…

В общем, этот дед, сидящий слева от меня, кучу времени провёл в войсках, ушёл на пенсию и уже собирался уходить в окончательное небытие, но затем случилось то, что случилось, благодаря чему он снова вынужден был вернуться к активной деятельности. Благо, обстоятельства позволяют возвращать в строй маразматичных старичков и старушек, совсем недавно