Шаровая молния - Иван Черных

– Вот вы какой! – сказала она. – Не зря Люда восторгалась. Я, как и она, тоже люблю летчиков. На каких вы летали?

– На «яках», «элках», на «Су-24». Самолеты не новые, но, слава богу, ни разу не подводили, даже когда ударила шаровая молния.

– Я читала, и Люда мне рассказывала. Прямо-таки в рубашке родились. У нас тоже самолеты неновые. Пока полетаете на этих, потом посмотрим. Так что у вас стряслось, почему уходите из военной авиации?

– Не я ухожу, меня «уходят», – грустно улыбнулся Геннадий. – Обузой мы стали для государства. Сокращают.

– Что ж, с высоты Олимпа виднее. У нас вам будет не хуже. Нагрузка, может, потяжелее, полеты подлиннее, зато и платить будем побольше. Пять тысяч долларов в месяц, не считая командировочных, вас устроит?

– Вполне.

– Тогда отправляйтесь к командиру авиаотряда Аскарову Камилю Анзаровичу, он располагается в третьем подъезде на третьем этаже в комнате триста пятнадцать, поговорите с ним. Он определит вам место жительства и объяснит особенности работы. Если условия удовлетворят, будем заключать договор.

Аскаров, мужчина лет пятидесяти с густой полоской смоляных волос под большим, горбатым носом, встретил его не особенно приветливо. Осмотрел с ног до головы, указал на стул напротив:

– Слушаю вас.

Геннадий представился, полностью назвав фамилию, имя, отчество. Аскарову, кажется, это ничего не говорило; видимо, Лана Петровна не предупредила его.

– Я прибыл по поводу работы в вашем авиаотряде.

– На каких самолетах вы летали?

Геннадий перечислил.

– Сколько часов налетали?

– Около трех тысяч.

– Давайте летную книжку.

– Я прилетел к вам прямо из санатория. Адрес ваш дала Людмила Петровна. Я связался с Ланой Петровной, и она пригласила. Летные документы остались в части, в городе Бутурлиновка. И на меня только послали документы на увольнение.

– Что ж, когда придут документы, тогда и будем разговаривать, – отрезал начальник отряда.

– Но мне хотелось быть знать, подхожу ли я вам; стоит ли мотаться туда-сюда?

Аскаров подумал.

– Вы у Ланы Петровны были?

– Да. Она к вам направила. Сказала, что вы определите место жительства.

Аскаров набычился, потеребил усы.

– У вас же нет еще документов, а вы жить здесь собираетесь.

– У меня еще не кончился отпуск. И я могу пожить здесь, ознакомиться с условиями, посмотреть на самолеты, проштудировать кое-какую литературу.

Аскаров снова подумал.

– Смотреть тут особенно нечего, самолеты старые, всего две единицы. Третий собираемся приобрести. Матчасть, разумеется, знать надо, зачеты я сам буду принимать. И по технике пилотирования. Но это после заключения договора.

– Вот я и хочу удостовериться, стоит ли заключать.

– Вот даже как. А к нам люди просятся без всяких сомнений.

– Ну… я принадлежу к другой категории и не хочу раскаиваться после.

– Понятно. В Чечне воевали?

– Приходилось.

– Кажется, я читал о вас или слышал по радио. Что ж, можете присоединиться к уже принятым летунам по улице Ломоносова, дом сорок пять, квартира тоже сорок пять. Там три комнаты, две уже заняты. Можете с кем-то, хотите, в отдельной…

Геннадий целую неделю прожил в доме номер сорок пять, познакомился с летчиками, съездил с ними на аэродром – полетов не было не только из-за метеоусловий (по-прежнему сыпал мокрый снег), но и из-за не оформленных еще документов в Управлении гражданского воздушного флота. Услышал кое-что новое, о чем умолчал Аскаров: летать придется и за рубеж – в Японию, Польшу, Германию, доставлять туда и оттуда разные грузы. Под словом «разные» коллеги, похоже, подразумевали и незаконные. Но это всего лишь домыслы. В принципе, Геннадию предстоящая работа нравилась. Он в полном удовлетворении отправился в Бутурлиновку за документами.