Невольник силы - Сергей Самаров

От толпы людей, встречающих вертолет не по долгу службы, а скорее из любопытства, отделился человек и поспешил, сильно косолапя, к прилетевшим. Владимир Анатольевич именно по этой косолапой походке узнал его, хотя никогда не слышал ни фамилии этого человека, ни того, чем он здесь, в пансионате, занимается. Просто оба люди местные и много раз приходилось мимоходом встречаться. Не лично, не по какому-то делу, а всегда только случайно. Звали его, кажется, Петькой или Федькой, точно Владимир Анатольевич не помнил, как не знал и отчества, хотя человек этот был постарше его возрастом.

– Что здесь случилось? – Начальник райотдела спросил почти грозно.

– Это я милицию вызвал… – сообщил Петька или Федька самое, на его взгляд, важное и коротко стрельнул глазами на подполковника Кондратьева, камуфлированная форма которого не произвела на него особого впечатления.

– Что случилось, я спрашиваю…

– А разбирайтесь что… – сказал, подходя, второй мужик, долговязый, жилистый и много дней не бритый. – На то вы и менты… Мы свое дело сделали, пожар потушили… А там… Сами смотрите…

И он с удовольствием размазал сажу с носа по всей щеке. Этому, видимо, очень нравилось свою независимость от власти показать. Начальник райотдела встречал таких. Даже перед простыми ментами они спокойнее себя ведут, а перед залетным начальством суровый выпендреж начинается. Обращать на них внимание – только нервы себе портить, потому что нелицеприятного выслушать можно много, и часто не по существу.

Третий мужик, в полувоенном камуфлированном костюме, ничего не говорил, просто смотрел открыто и дружелюбно, почесывал грязной рукой подбородок, но уже своим видом словно бы показывал, что готов и информацией поделиться, если кого-то информация интересует. С такими общаться всегда проще.

– Подожгли, похоже, директора… – сообщил то ли Петька, то ли Федька. – И гранатами забросали, как выбегать стали. Мы все взрывы слышали… Два раза взорвалось…

– Две гранаты… – напоминая, что у человека в гостинице тоже было две гранаты, сказал прокурор межрайонной прокуратуры. – Этого и следовало ожидать… Для того он их и держал…

– Не следовало этого ожидать, – проворчал подполковник Кондратьев. – Не та фигура здешний директор, чтобы на него две гранаты тратить… Мы уже на него все досье подняли… Не может он никого интересовать… А насчет его гостей – посмотрим…

– А я всех этих, кавказцев, гранатами, как градом, засыпал бы… – зло сказал долговязый небритый мужик, не опасаясь, что его могут за такие слова и в число подозреваемых записать. – А на сам Кавказ атомную бомбу бы сбросил… Чтоб оттуда сюда больше приползти было некому…

– Подожгли его. – То ли Петька, то ли Федька сказал уже без «похоже» и вполне уверенно. И, кажется, торопился сказать, чтобы перебить небритого и долговязого, который ситуацию обострял. – Ему давно уже обещали… И подожгли…

– Обещали?.. – переспросил Кондратьев.

– Заслужил, значит, – заметил долговязый, не желая, впрочем, в подробности вникать, но говорил напористо и зло, упорно нагнетая обстановку. – Он тут себя ханом считал, а был только вонючкой, коровьей лепешкой… Дерьмом… Наступить брезговали, чтобы вонь не пошла… Так всегда… Сначала брезгуют, потом, когда надоест перешагивать, лопату возьмут и выбросят… На помойку… В навозную кучу… И его так… Давно пора… Вместе с гостями…

Прилетевшие вместе со встречающими подошли к месту пожара. Следственная бригада свое дело знала и сразу разогнала народ, вывесив ленту оцепления, за которую заступать запрещалось.

– Все следы затопчете…

– Давно все затоптали, – спокойно заметил мужик в камуфлированном костюме.

– Я сразу говорил – не топчитесь, – высказался то ли Петька, то ли Федька, словно бы себе в оправдание.

– Ага… А пожар с воздуха надо было тушить, – сказал долговязый и хотел было отойти, но Кондратьев остановил его жестом.

– Вы не уходите, мы поговорим еще… И вы тоже, оба… – обратился он к Петьке-Федьке и к мужчине в камуфлированном костюме. – Мало ли. Вопросы могут возникнуть… Вопросы обязательно возникнут.

Один из экспертов, рассматривавший дерево рядом с дорожкой, ведущей от крыльца, уже подошел с первыми выводами:

– Была установлена «растяжка» – остались куски обгоревшей проволоки. Прямо на яблоне, верхнее положение, чтобы расширить сектор поражения. Судя по разбросу осколков, использовалась граната «Ф-1»… Две гранаты… Вторая в самой дорожке устанавливалась… «Картошку посадили»… Взрыв, видимо, был почти одновременный… Так?

Эксперт спросил у Петьки-Федьки, который раньше про взрывы рассказывал.

– Сорок секунд… Может, тридцать… Может, сорок… Кто как говорит… Одна, потом другая…

– Значит, кто после первого взрыва уцелел, побежал и зацепил «картошку»… – сделал вывод эксперт и пальцем показал, где «картошку посадили». – Вон там…

– «Растяжка» и «картошка», – констатировал подполковник Кондратьев. – Вообще-то Призрак всегда работал более квалифицированными и технологичными методами… Несколько последних известных нам случаев – везде присутствовал пластит, причем только строго определенной марки С-4, производства США…

– Может быть, просто использовал подручный материал, – предположил прокурор. – Что под руку подвернулось…

– Гранаты сейчас под каждым кустом валяются, – глядя куда-то в сторону, сказал человек в камуфляжном костюме, вроде бы ни к кому не обращаясь, но вполне членораздельно прокурору отвечая на вопрос, который тот не задавал. – Как камушки… Куда ни кинь взгляд, везде по гранате, а то и по паре…

– Тоже может быть… Будем разбираться… – Подполковник отвернулся. – Скоро москвичи прилетят. У них вертолет быстроходный… Что можно не трогать, постарайтесь до их прибытия не трогать…

И пошел посмотреть на трупы, уложенные рядышком под забором.

Трое мужчин. Все явно одной из национальностей Северного Кавказа. Сразу появилась версия, которой хотелось бы держаться, чтобы ситуация не переросла в сверхсложную. Месть – такая версия устроила бы всех…

2

Любоваться плодами своего труда Вадим Александрович никогда не любил. Он только проконтролировал происходящее, чтобы быть уверенным в необязательности своего дальнейшего вмешательства. На всякий случай, конечно, пистолет приготовил, чтобы завершить начатое, если осколков гранат на всех не хватит. Вообще-то, можно было бы прихватить и автомат из ментовской машины, но Вадим Александрович слишком уверен был в своем умении общаться с пистолетом, тем более с таким хорошим, как «беретта-92», чтобы еще с автоматом бегать, рискуя быть замеченным. Просто незнакомого человека увидят – это одно. Здесь, в пансионате отдыхают и лечатся многие люди, и всех не упомнишь. Потому и внимания особого не обратят. А увидят незнакомого человека с автоматом – совсем другая реакция. И если человек пистолетом владеет достаточно хорошо, может быть, в какие-то моменты, даже лучше, чем автоматом, дающим большой разброс при автоматической стрельбе, то к чему усложнять ситуацию. Конечно, из автомата тоже можно стрелять одиночными выстрелами, и тогда разброса не будет. Только зачем, если точно так же можно стрелять и из «беретты». Тем более что гранаты и без того должны сделать свое дело. У «Ф-1» поражающая сила такая, что ее хочется назвать не силой, а поражающей мощностью…