Непрощенный - Максим Шахов

– Я тебе, Моня, сочувствую, но для того, чтобы тебе помочь, мне нужно напасть на след Кащеева. Плотников сейчас проводит негласную проверку всех больниц и травмпунктов. Потому как за медицинской помощью Кащеев должен был обратиться по-любому. Но, кроме бюджетных лечебных учреждений, есть еще частные клиники. Ну и плюс доктора, которые за большие деньги оказывают негласные услуги, к примеру, раненым преступникам. Их Плотников не знает, да и разговаривать они с кем попало не станут… Ты уловил мою мысль или говорить дальше?

– Я что тебе, Шварц? – даже хрюкнул от возмущения Моня.

– Последнее время ты на него иногда смахиваешь, – слегка улыбнулся Логинов.

– Посмотрел бы я на тебя, Витек, если бы Кащей тебя столько раз взрывал!

– А то в Балаклаве он нас не вместе хотел взорвать!

– Так ты ж, блин, Витек, за это деньги получаешь, это ж твоя работа!

– Ну так это ж, Моня, твое призвание! Ты ж в бандиты пошел не для того, чтобы тебя лепестками роз осыпали, правильно, а чтоб в тебя стреляли и взрывали!

– Я в бандиты пошел, потому что время было такое.

Логинов махнул рукой:

– Другие ж почему-то пошли не в бандиты. Короче, Моня, времена не выбирают. В них живут и умирают.

При последнем слове Моня не то чтобы вздрогнул, но как-то напрягся.

– Ты это к чему?

– Это просто стихи, Моня. Но они к тому, что все зависит от человека. Дороги-то во все времена выбирает он сам. Не пошел бы ты в бандиты, тебя бы не завербовал Плотников. Не завербовал бы тебя Плотников, мы бы никогда не познакомились. А если бы мы не познакомились, тебя не взрывал бы Кащеев! Ладно, философские чтения тоже закрыли… Ты насчет клиник и лепил-подпольщиков все понял?

– Понял, – кивнул Моня, но как-то задумчиво.

– Ты точно понял? – переспросил Виктор, пристально глядя на него.

– Угу, – по-прежнему не поднимая головы, кивнул Моня. – Сейчас прозвоню и сразу пошлю пацанов.

– Тогда, чтобы они порожняки не гоняли, втолкуешь им, что речь скорее всего идет о переломах конечностей или ребер. Возможно, колотых ранах, но тупыми предметами. Я имею в виду прутья этой чертовой решетки… Ты слышишь?

– Слышу-слышу, Витек, – наконец поднял голову Моня.

– Ну и плюс на лице у Кащеева должны были остаться отметины от укуса твоего Мурзика…

– И на руке тоже! – перебил Логинова Моня. – Это все коню понятно!

Взгляд у него был на удивление ясный, как у раскаявшегося грешника.