Инструктор. Глубина падения - Андрей Воронин

– По ситуации… – пожал плечами Мещеряков, который всегда предпочитал на первом этапе сбора информации лишний раз никого не дергать. Ведь никогда не угадаешь, какой факт в итоге вдруг может оказаться определяющим.

– Ладно. Это твои дела, – махнул рукой Громов. – А теперь то, что касается этого месье. Как и кто его внедрял в нужную для нас и не только для нас сферу – неважно. И даже на какие разведки он работал или все еще работает, тоже не имеет значения. Твоя задача – узнать, действительно ли погиб наш агент.

– По моим сведениям, – перебил его Мещеряков, – в этой аварии никто не выжил.

– Полковник, ты отлично понимаешь, что этого Мишеля Миро попросту могло не быть на борту. Он вполне мог в последний момент послать вместо себя другого инструктора. Авария могла быть случайностью, а могла и вполне спланированным актом. Там под видом Миро мог находиться совсем другой человек. Я навел справки. Из тех, кто летел в «Эльфе», Мишеля Миро, скорее всего, никто из летевших и не знал.

– Вы хотите сказать, что инструктировать в полете нашего летчика мог случайный человек?! – осознавая всю серьезность того, что могло произойти, уточнил Мещеряков.

– Это все вам необходимо выяснить. Вплоть до генетической экспертизы останков. Но сделать это нужно под грифом абсолютной секретности. Для всех Мишель Миро должен по-любому считаться погибшим, – предупредил Громов.

– Сложно, но вполне возможно, учитывая, что, как мне сообщили, на данный момент имеются останки двух неопознанных тел, – проговорил Мещеряков в задумчивости. Он понимал, что капитан Красиков должен будет доставить в Москву фрагменты неопознанных трупов, а уже здесь они будут проводить экспертизу. Однако местные вполне могут заупрямиться и не дать согласия на вывоз нужного для них материала.

– Ну, ты знаешь, что нужно делать, – сказал Громов и добавил: – Я перезвонил нашим коллегам. Вам будет оказана всесторонняя поддержка. Твои люди могут действовать так, как посчитают нужным.

– Спасибо, – кивнул Мещеряков и внимательно посмотрел на Громова.

Тот вздохнул и продолжил:

– Теперь о главном. Мишель Миро занимается ближневосточной проблемой.

– Вы говорите «занимается», – заметил Мещеряков. – Значит, вы уверены, что французский летчик жив?

– Лучше, чтобы он был жив. Иначе нам самим придется выполнять его работу. Там в связи со всеми этими событиями ищут пути поставки оружия. Ближний Восток будет полыхать, пока хотя бы одна из сторон не перестанет получать оружие и продовольствие. А пока что оружие получают и те и другие. Из разных источников, но систематически. Мишель Миро, как ты уже понял, – наш агент. Но он работал не столько на нас, сколько на разведку одного из зарубежных государств. И выяснение путей поставки оружия на Ближний Восток, а точнее, в Сирию – это задание внешней разведки одного из европейских государств. Возможно, этот Мишель Миро под видом доверенного лица какой-нибудь из сторон должен был связаться с кем-то из наших поставщиков, чтобы наконец нащупать линию поставки оружия. Но это лишь мои догадки. Нам важно сейчас узнать, жив он или нет. И кем была спланирована, если она была спланирована, эта авария, – сказал Громов.

– Да, но если вы говорите, что под видом инструктора полетел непрофессионал, а наш летчик наверняка не очень хорошо знал новую машину, авария могла произойти из-за некомпетентности пилотов, – высказал свою версию Мещеряков. Он никогда не любил накручивать обстановку.

– Возможно… Вполне возможно… – в задумчивости проговорил Громов и, враз сменив тон, по-деловому добавил: – Вот это тоже предстоит тебе выяснить. Ну а когда будут получены данные экспертизы и мы точно будем знать, погиб или нет этот француз, тогда будем разрабатывать дальнейшую стратегию.

– А вы уверены, что агентом является или являлся именно летчик? – уточнил Мещеряков.

Генерал Громов лишь кивнул. Хотя Мещеряков понимал, что если уж генерал пошел на то, чтобы рассекретить этого Миро, то знает о нем наверняка.

– Фотографии его тебе не показываю, – продолжал Громов. – Внешность, да и документы, как настоящий профессионал, он меняет мастерски. Единственное, что нам нужно знать, – это то, жив он или нет. Если жив – обязательно выйдет на связь. А если нет, придется искать ему замену. И не забывай, Мещеряков, сегодня Ближний Восток – это пороховая бочка. А вокруг нее, правда, пока что на приличном расстоянии, стоят те, кто думает, как бы там поживиться. И стоит кого-то из этих факелоносцев подтолкнуть, и последствия будут непредсказуемы…

– Да уже и наша пресса вовсю печатает возможные сценарии третьей мировой… – покачал головой Мещеряков.

– Знаешь, Мещеряков, – проговорил Громов, в упор взглянув на полковника, – мне почему-то кажется, что, пока мы с тобой еще на службе, война не начнется. Во всяком случае, третья мировая.

– Свежо предание… – вздохнул Мещеряков.

– Ты задание слышал? Выполняй! – строго, даже сурово сказал Громов, поднимаясь из-за стола и давая понять Мещерякову, что разговор окончен.

Тот тоже строго кивнул головой и по-военному четко ответил:

– Есть выполнять.

Генерал Громов пожал ему на прощание руку, и полковник Мещеряков уловил в его взгляде тревогу.

Уже выйдя из кабинета, Мещеряков вспомнил, как утром в одной из валявшихся на даче газет он вдруг зацепился глазом за карты, на которых были показаны возможные сценарии третьей мировой. Израиль атакует Иран, Иран отвечает. Сначала с использованием ВВС и ВМФ. А когда Израиль наносит по Ирану ядерный удар, в конфликт вступает Пакистан и наносит ядерный удар по Израилю. Индия поддерживает Израиль, Китай – Пакистан и Иран. Можно представить, сколько потребуется оружия, инструкторов, самолетов для их переброски и так далее… Хотя, по последним сведениям, и теперь уже оружия в этих всех странах более чем достаточно. Это ведь самый прибыльный бизнес. И с начала девяностых, а возможно, и раньше оружие стеклось туда – на самолетах, пароходах, поездах и машинах. Сколько нуворишей поднялось именно на оружии, и в России в том числе! Можно было бы, конечно, все эти сценарии и предсказания воспринимать как происки желтой прессы. Но слишком уж правдоподобно выглядела создавшаяся ситуация. А если еще принять во внимание, что каждую из сторон возможного конфликта и сейчас систематически снабжают оружием, картина выглядела настораживающе. Если кто-то активно вооружается, ему обязательно захочется пострелять… Да и что греха таить, тем, кто поставляет оружие, лучше, чтобы его задействовали и попросили еще…

Полковник Мещеряков неплохо знал историю, и поэтому был уверен, что всякий глобальный конфликт – это прекрасный способ выйти из финансового кризиса как отдельным бизнесменам и компаниям, так и целым странам. Прежде чем заговорят пушки, где-то шуршат деньги. Хорошие деньги…

Вернувшись в свой кабинет, Мещеряков хотел прежде всего позвонить капитану Красикову, чтобы озадачить его срочной доставкой в Москву фрагментов двух неопознанных тел. То, что тел было два, позволяло завуалировать, к кому именно из погибших особо пристальное внимание. Но Мещерякова опередил звонок по внутреннему телефону генерала Громова.