Элитный спецназ - Альберт Байкалов

Джабраилов надолго задумался. Со стороны дороги, над тем местом, где догорал остов милицейской машины, послышался гул вертолета.

– Надо торопиться, – Полынцев с тревогой посмотрел на часы. – Искать нас уже будут не понарошку.

– Принимай решение, Вахид, – поторопил его Завьялов.

– Что я должен делать?

– Разве капитан Линев не вводил вас в курс дела? – вопросом на вопрос ответил Филиппов.

– Сказал, будто мне отводится роль главаря банды, – усмехнулся Джабраилов.

– Правильно, – подтвердил Антон.

– Тогда пошли. – Он вздохнул, поднимаясь с земли.

Филиппов и его новая команда должны были жить в похожем на крепость доме из камня, одиноко стоявшем на склоне горы, у подножья которой протекал небольшой ручей. Спуск к нему был покрыт зарослями кустарника. Из подвала туда был прорыт ход под землей длиной около ста метров. Он выходил за пределы открытого пространства и давал возможность в случае окружения выйти отсюда незамеченными. С другой стороны был луг, который упирался в буковый лес.

В старом, полусгнившем сарае, примыкающем к дому, решено было прятать «Жигули», на которых «боевики» Джабраилова будут осуществлять «набеги».

– Здесь в девяносто шестом году обитали боевики, – пояснил Полынцеву Антон, указав на пролом в крыше и сколы от пуль на каменных стенах. – Их пытались выбить, но они воспользовались вырытым лазом и почти все ушли.

– Ты здесь был?

– Нет. Я в этом районе впервые. Линев краткий экскурс в историю провел.

– Когда он выйдет на связь? – осторожно спросил Завьялов.

Антон посмотрел на часы:

– Завтра в полдень.

За оставшееся светлое время предстояло обустроиться и приготовить ужин. Похищенные деньги спрятали неподалеку от выхода из подземного хода. Всего в мешке было четыреста тысяч рублей. По официальным источникам, в колонне перевозилось пять миллионов. Но ни Генеральный штаб, ни ФСБ не располагали суммами крупнее. Было решено в случае разговора с боевиками утверждать, что якобы часть денег сгорела вместе с машиной.

Для правдоподобности мешок с уложенными в него пачками купюр слегка обожгли на костре.

* * *

Арви Евлоеву с верным спутником Хамидом пришлось остаться в отряде Шамаева вместо запланированных нескольких часов на сутки. Причиной этому послужила задержка его боевиков, которые под руководством Тимура Исоева, правой руки Магомеда, устраивали засаду на колонну федералов под Халкилоем.

– Есть какие-нибудь новости? – Арви оторвал взгляд от экрана небольшого жидкокристаллического «Panasonic» и посмотрел на вошедшего в блиндаж Магомеда.

– Да, они возвращаются, – подтвердил тот. – Русские перекрыли почти все дороги, взбесились, как псы…

Он уселся рядом с эмиссаром.

По телевизору должны были начаться новости, и Шамаев хотел узнать, как отреагировали на утренний бой СМИ. Однако в выпуске прошел совершенно другой ролик. Сообщалось об изменившей маршрут колонне в предгорье, которая везла продовольствие и деньги. Попав в засаду неизвестной группировки по вине сопровождавших ее милиционеров, три машины были уничтожены. Погиб один офицер. Сотрудники чеченской милиции исчезли. В десяти километрах от места боя обнаружена сгоревшая машина ОВД. Рассматриваются две версии: либо милиционеры были в сговоре с нападавшими, либо они захвачены. Ведутся интенсивные поиски.

– Кто это мог быть? – глядя на сгоревший грузовик, появившийся на экране, спросил Магомеда Арви.

– Не знаю, – пожал плечами тот. – Совсем недалеко от нас.

– Километров двадцать, – подтвердил Хамид, сидевший на нарах.

– Нужно узнать. – Евлоев многозначительно посмотрел на своего помощника.

Вошел охранник, сидевший на входе:

– Тимур с людьми пришел.

– Пусть заходят, – кивнул головой Магомед, поднимаясь со своего места.

Раздался топот и бряцанье оружия. В комнату стали входить боевики. Вместе с ними помещение заполнил запах пороховой гари и немытого тела.

Арви знал многих воинов из отряда Шамаева. В свое время ему пришлось выбираться с этими людьми из Грозного. Боевики тоже хорошо знали своего куратора. Все при входе здоровались.

– А где Арсан? – спросил он у вошедшего последним боевика.

Тяжело вздохнув, тот поставил автомат в пирамиду, затем бросил виноватый взгляд на своего командира:

– Уже при отходе под огонь артиллерии попали. Ему сначала кисть левой руки оторвало. Наложили жгут. Сам шел дальше… Потом…

– Понятно, – вздохнул Арви. – Хороший был воин.

Несколько боевиков были в бинтах и не могли передвигаться без посторонней помощи. С кухни вышла Тамара. У Магомеда она выполняла функции повара и медсестры. Являясь женой одного из боевиков, погибшего еще осенью, лично мстила за смерть мужа, нередко участвуя в вылазках отряда. Тамара хорошо стреляла. Обладая усидчивостью, она не раз работала снайпером. Сняв с уложенного на нары боевика куртку, женщина принялась снимать наспех наложенную повязку.

Сбросив с себя верхнюю одежду и снаряжение, боевики по несколько человек начали уходить мыться.

Тимур сел за стол и выжидающе уставился на Евлоева.

– Сколько убили неверных? – глядя на боевика немигающим взглядом, спросил Арви.

– Много, – поиграв желваками, ответил тот. – Был пленный. Когда нас стали зажимать, пришлось этой собаке перерезать горло. – Тимур замолчал, ожидая очередного вопроса.

– Вы засняли на видео, как все было? – раздался голос Шамаева.

– Да, – кивнул Исаев, повернувшись в сторону своего командира, который сидел рядом с раненым Хусейном. – Когда мы возвращались обратно, возле Красной Горы шел сильный бой. Я видел там даже вертолеты. Не знаю, кто это мог быть. Нам пришлось идти без отдыха.

– Кто бы это ни был, они наши братья, – ответил за Магомеда Арви. – В том районе сегодня была разгромлена колонна машин. Я ждал сообщения о ваших успехах, но по телевизору говорят только об этом. Надо узнать, чьих это рук дело.

К столу подошел Магомед:

– Вечером Тамару забросим в село. – Он посмотрел на женщину, которая, перевязав одного боевика, уже занималась другим. – У нас есть надежные источники. К утру будет ясно, кто заявил о себе на этот раз.

– Ты думаешь, это новые люди? – непонятно, к кому обращаясь, спросил Хамид.

– Если бы это был кто-то из известных мне полевых командиров, я бы знал заранее, – подтвердил Арви и поднялся из-за стола: – Корми своих воинов, и пусть отдыхают. Мне же нужно увидеть русского.

Для разговора с Сердюком, единственным русским в отряде Магомеда, эмиссар Идрис выбрал место в небольшом помещении, предназначенном для хранения боеприпасов, средств связи и для беседы с глазу на глаз. Здесь же стояло несколько автомобильных аккумуляторов, от которых работало освещение и небольшой телевизор. У Магомеда был когда-то малогабаритный бензиновый генератор. Он устанавливался в специальную яму и маскировался сверху. На выхлопную трубу надевался шланг длиною в несколько метров, конец которого выходил в другое углубление, заваленное сверху ветвями. Однако в начале зимы, когда он со своим отрядом занимал другой схрон, русские самолеты при помощи специального оборудования обнаружили его. Тогда в результате ракетного обстрела половина боевиков Шамаева погибла. С тех пор он предпочитает аккумуляторы генераторам.