Разведывательно-диверсионная группа. «Индеец» - Андрей Негривода

«Дух», еще иногда говорили «тень» или «призрак», но первое было наиболее употребимо, – солдат, да, в общем-то, и не солдат-то еще, до принятия присяги... Ну и, первые полгода службы.

«Салабон», или «салага», – тот, кто уже прослужил от полугода до года.

«Черпак» – это уже очень серьезный товарищ! Прослуживший от года до полутора и который имел право гонять как сидоровых коз первые две категории, но и!.. И это «очень важно»! Заглядывал в столовой в кастрюлю, а потом сообщал старослужащим, что сегодня им уготовили на обед! И перемешивал ее содержимое до равной консистенции, если кастрюля эта шла на «дембельский стол». Да еще и разливал еду по алюминиевым, или какие там были, тарелки. Отсюда и «черпак»...

«Дедушки», или «деды», – ну, это, понятное дело, те, которые прослужили от полутора до двух лет. Именно они и считали, что уже знают про армию абсолютно все...

Ну, и «дембеля», или «гражданские», – это, понятное дело, те, которые уже отслужили свой срок, дождались приказа об увольнении в запас, то есть о «демобилизации», и, по сути дела, по все той же Конституции уже не являлись военнослужащими, а только ждали своей замены, чтобы наконец-то уехать домой. Этим, как правило, все уже давным-давно было глубоко по тулумбасу потому, что они уже давно в своих мыслях ехали в поезде на родину...

...Так вот! Служить в Афган попадали только «салабоны», после полугодичных «учебок»... И назвать по неосторожности его «духом» было крайней неосторожностью, которая могла вылиться во все, что угодно! Обижались мальчишки! Крепко обижались! И не только потому, что они уже успели перейти в иной статус! Но еще и потому, что там, за Речкой, «духи» были только одни – душманы, афганские моджахеды... И назвать так же солдата, пусть даже еще ничего не умеющего, считалось сродни тому, если бы его обозвали фашистом! Обидно!..

...Ну, и кроме того... К 81-му году уже существовал регламент Министерства обороны СССР о прохождении воинской службы в ОКСВА – для офицеров и прапорщиков это было два года, а для солдат и сержантов срочной службы – полтора...

Первые полгода перед поездкой на войну лопоухие салажата проводили в армии под бдительным присмотром бывалых сержантов...

...Особенно тяжело приходилось Артуру на прыжковой подготовке...

Настоящий степняк, он никогда не видел гор и никогда не взбирался ни на какие верхотуры... Потому и боялся, чего скрывать, высоты... Панически боялся! До дрожи в коленях! До стоящих дыбом волос на всем теле и обильного, холодного пота между лопаток...

Боялся и проклинал себя за это! Костерил матом, на чем свет стоит:

«...Ну, ты ж и сцыкло, Артур Наильевич! – матерился он в душе. – А еще потомственный казак!.. Что дед-то сказал бы тебе на твою трусость, а?.. А отец? Вот где настоящий десантник был! Больше пятисот прыжков сделал, а ты? Правильно про тебя еще Сафронов говорил! Чмо ты, Артур! Чмо, самое настоящее!..»

И он заставлял себя...

Заставлял перестать бояться!.. Да так рьяно, что его сержанты-инструктора в какой-то момент поняли, что этот паренек сумеет справиться со своими страхами сам, без их помощи, и... зауважали. Зауважали за настойчивость и целеустремленность...

Такая же метаморфоза произошла и с его товарищами по призыву – они тоже поняли, что этот парень приехал в «сержантскую учебку», уже будучи сержантом, совершенно не зря... А еще они почувствовали, что в этом парне, внутри него, сидит очень жесткий, стальной стержень... И потянулись к нему, как мотыльки к пламени костра...

23 февраля 1982 г. Фергана. Учебный полигон.

«...Не бьется тот, кто не прыгает!..»

...Этот день Артур запомнил на всю оставшуюся жизнь!..

И не потому, что это был праздник, который отмечали во всех Вооруженных Силах и на Флоте. Нет!!!

Для Артура этот день стал на всю жизнь по-настоящему личным праздником – «День Преодоления Самого Себя»...

...Во времена Союза каждый солдат ВДВ за период обучения должен был совершить восемь прыжков с парашютом. Перед каждым прыжком были 60 часов наземной подготовки, в которую входили укладка парашюта, отработка отделения от борта, действия во время снижения, приземление и... Особые случаи – отказ купола, приземление на местные предметы и многое другое...

Первый прыжок считался ознакомительным, или, как его называли бывалые парашютисты, – «обдувочным»...

Десантники, которые служили в Афгане, никогда не прыгали с парашютом – там были другие условия, и десанты проводились с вертолетов и по большей части посадочным способом на «площадки». Но!!! Что же это за десантник такой, который ни разу так и не прыгнул с парашютом? Бред! Ведь десантные войска – воздушная пехота! «С неба – в бой!»...

Да и программу подготовки бойцов ВДВ никто не отменял! Хотя... Если честно, то в Фергане этим занятиям отводилось все же не так много времени, как, скажем в литовском учебном центре, – специфика предстоящей службы десантников диктовала свои условия... Но! Прыжки все же были! Хоть и не много, но достаточно для того, чтобы быть причисленным к когорте элиты Вооруженных Сил...

...А известно ли вам, что у человека лишь два врожденных страха: перед высотой и громким звуком? Два! Остальные страхи нарабатываются за жизнь в процессе накопления опыта о свойствах окружающего мира... Боязнь высоты – это глубинное свойство человека, оно есть у всех и никогда не исчезает! Спросите у любого бывалого парашютиста, боится ли он высоты, и если он не солжет, то обязательно ответит: «Да, высоты боятся все!»... Просто со временем этот страх становится привычным и отступает на задний план...

Но не только боязнь высоты ввергает начинающего в сомнение и смятение. Есть еще и обычное для людей недоверие к неизвестному... Помните? «Не так страшен черт, как его малюют»!.. Если человек первый раз в жизни видит компьютер, то он боится сделать что-то не так, опасается что-нибудь сломать или испортить неправильным действием, тогда как опытный пользователь работает на компьютере уверенно. Уверенность, естественность и спокойствие приходят только со временем и знанием дела. Видавший виды парашютист-профессионал никогда не тяготится этим «а вдруг?..», потому что о небе, о прыжках и о парашютах он знает все.

А вот что делать тому, кто всего этого еще не знает?.. Подготовка подготовкой, но...

...10 АМ...

...Артур все это утро, буквально с самого подъема, ощущал, что его коротко стриженные волосы стоят торчком... И буквально на всем теле...

О его слабости знали все сослуживцы, все сержанты и инструктора – Артур никогда не скрывал того, что боится высоты, но!.. Он все эти месяцы ожесточенно боролся со своим страхом...

Но были и такие солдатики-новобранцы, которые духарились не в меру и всем и каждому рассказывали, что высота для них – это просто раз плюнуть!..

И вот сегодня, перед самым первым прыжком, Артур понял, что высоты боятся все! Абсолютно!..