Подводные волки - Валерий Рощин

Другая судьба была уготована «дойным коровам» – субмаринам XIV серии и некоторым из новейших боевых электролодок XXI и XXIII серий. Им надлежало продолжать тайную войну.

– Мы на месте, герр капитан, – доложил штурман.

– Хотелось бы поточнее, Людвиг! – недовольно крутанул Мор ручку настройки резкости мощного бинокулярного перископа.

– Архипелаг Земля Франца-Иосифа. Пролив Кембридж, справа остров Земля Георга, слева остров Земля Александры. Впереди по курсу – бухта Нагурского, координаты которой точно соответствуют заданной в приказе точке.

Хорошенько разглядев каменные холмы с белеющими прожилками ледников, командир выпрямился и достал из внутреннего кармана заветный пакет № 2. Пакет был намного толще первого.

Под напряженными взглядами сослуживцев он разорвал плотную бумагу и заглянул внутрь…

Сначала под тусклым светом плафонов центрального поста появилась подробная лоция всех проливов архипелага. Особенное место в лоции занимал пролив Кембридж с юго-восточным побережьем острова Земля Александры. На подробном плане была изображена линия маршрута, проходящая сквозь узкие ворота в минном заграждении на входе в бухту Нагурского. Далее линия упиралась в высокую скалу, соседствующую с обширным ледником.

Вслед за лоцией Мор извлек из пакета карту самого острова с множеством пометок и пояснительных сносок. Последним вынул белоснежный лист, развернул его и пробежал строчки приказа…

– Что там? – нервно сглотнул старший помощник.

– Не томите, Хайнц, – поторопил Нойманн.

– В соответствии с приказом Карла Дёница нам надлежит организовать длительное боевое дежурство на территории секретной подскальной базы острова Земля Александры. Здесь указаны точные координаты входа в грот. – Капитан-лейтенант протянул листок штурману. – Будьте внимательны, Ланге, впереди нас ждет барьер из двенадцати гальванических мин.

Приняв лоцию, штурман углубился в ее изучение.

– Это всё? – тихо спросил профессор.

– Нет. Дежурство бессрочное и продлится до тех пор, пока на рабочей частоте Кригсмарине не пройдет сигнал к возобновлению боевых действий. Сигнал должен подать один из руководителей Рейха. Следующим приказом гросс-адмирал присваивает всему личному составу очередные воинские звания и желает удачи.

Потирая тонкими холеными пальцами подбородок, Нойманн задумчиво произнес:

– Значит, вы отныне корветтен-капитан. Кажется, это звание соответствует майору сухопутных войск, не так ли?

– Вы правы.

– Поздравляю!

– Вас тоже не обидели, господин оберштурмбаннфюрер. И ваше новое звание равнозначно оберстлейтенанту, верно?

– У меня к вам просьба, Хайнц, – покосился на присутствующих Нойманн и прикрыл блестевшее на безымянном пальце левой руки наградное кольцо «Мертвая голова».

– Слушаю.

– Давайте забудем о чинах.

– Принимается, – кивнул командир подлодки, отлично понимая причину «демилитаризации» отношений. Война проиграна, их могут отыскать даже здесь – на краю земли. Он – Хайнц Мор – простой офицер военно-морского флота Германии. Да, бывало, что приходилось топить беззащитные гражданские суда, обрекая на верную смерть сотни людей. Но эти поступки не сравнить с жестокостью тех, кто служил в гвардии рейхсфюрера СС.

Штурман пыхтел над картой, прокладывая с помощью лоции курс к точке входа в подскальную базу.

– Готово, герр капитан, – доложил он через пару минут. – Прикажете до входа в базу идти в надводном положении?

– Разумеется. Бухта покрыта льдом.

Взломав рыхлый лед, U-3519 подошла к скале на дистанцию четыре кабельтова. Судя по лоции, глубина под килем сохранялась приличная – не менее пятидесяти метров, что позволило бы в будущем подходить сюда под перископом.

Мор требовательно посмотрел на Ланге:

– Вход в базу здесь – ты уверен?

– Да, герр капитан, ошибки быть не может, – твердо произнес новоиспеченный обер-лейтенант цур зее и, передав бинокль, указал на скалу: – Мы точно в створе.

Створ указывали острые верхушки двух крупных глыб, торчащих из склона на разной высоте. Информация о них была подробно изложена в лоции.

– Смотри, штурман, я не собираюсь понапрасну уродовать об лед легкий корпус.

Три офицера стояли на рубочной площадке. Лодка покачивалась в проделанной от середины пролива полынье. Ланге волновался за расчеты и молчал, Хайнц надолго прилип к окулярам мощного бинокля, изучая высокую скалу, старший помощник беспрестанно крутился, осматривая воздушное пространство.

Наконец командир решился и скомандовал:

– Малый вперед тем же курсом! Подойдем поближе.

– Сомневаешься в данных лоции? – уточнил старший помощник.

– Нет. Просто не имею опыта вхождения в подводные гроты.

– Понимаю. Мне тоже не по себе от этой затеи. Промахнешься на пяток метров и…

– Вот что, Рудольф, – опустил бинокль Мор. – Приготовь-ка две пары пловцов для обследования береговых скал. Я поведу корабль под скалу только после того, как удостоверюсь в наличии этой чертовой норы…

Обследование длилось более часа. Подлодка застыла в надводном положении в двух кабельтовых от берега, пока команда пловцов, ведомая опытным обербоцманом, изучала подводную часть отвесных скал.

Все это время Мор прятал лицо от холодного ветра в поднятый воротник кожаной куртки. На голове белела офицерская фуражка – символ командира подлодки. Только командиру, по неписаным правилам, дозволялось носить подобный головной убор…

Наконец шлюпка повернула и причалила к борту U-3519. Моряки помогли пловцам взобраться на горизонтальный палубный настил.

– Что там? – крикнул сверху Мор.

– Грот, – ответил кто-то из пловцов. – Мы нашли большой грот, в точности совпадающий с описанием в лоции.

– Какова глубина перед гротом?

– Около двадцати пяти метров. Дно гладкое, края грота немного скошены.

Командир обернулся к вахтенному офицеру:

– Проводить пловцов вниз и дать шнапса. Экипажу приготовиться к погружению!

К строительству секретных подскальных баз в заполярных районах Германия приступила задолго до начала Второй мировой войны. В начале века при кайзере Вильгельме II был обустроен грот естественного происхождения в проливе Маточкин Шар на Новой Земле. Внутри грота находилось довольно обширное озеро, в акватории которого спокойно размещалось до четырех небольших германских подлодок. С той базы в годы Первой мировой войны они совершали успешные рейды в Белое море для нападения на российские и английские суда.

После поражения в войне и позорного Версальского договора лидерам Германии стало не до содержания отдаленных военных объектов. Однако разведка в полярных районах продолжалась. К примеру, в начале тридцатых годов над значительной частью советской Арктики пролетел, выполняя аэрофотосъемку, дирижабль «Граф Цеппелин». Добравшись до архипелага Земля Франца-Иосифа, он обменялся почтой с советским ледоколом «Малыгин» и продолжил свое «мирное» путешествие…